Главная » Книги и очерки истории становления Москвы » История города Москвы И. Забелина » 9. Старый город Кремль. Древний двор князя Андрея, сына Калиты. История города Москвы И. Забелина

📑 9. Старый город Кремль. Древний двор князя Андрея, сына Калиты. История города Москвы И. Забелина

Древний двор князя Андрея, сына Калиты.

Местность, где при Годунове были выстроены упомянутые Приказы, между Архангельским собором и двором Мстиславского, на протяжении 30 саж., в особенности достопамятна тем, что в древнее время она была занята двором князя Андрея Ивановича (у 1352), младшего сына вел. князя Ивана Калиты. В том дворе жил и знаменитый решитель Куликовской битвы, сын Андрея, Владимир Андреевич Храбрый (1410 г.), с супругою Еленою Ольгердовною, которая после кончины мужа, схоронивши всех своих сыновей, оставила двор своему внуку, Василию Ярославичу, единственному в живых наследнику всего рода Владимира Андреевича. В духовной (1452 г.) княгини Елены, в иночестве Евпраксии, вовсе не упомянут её двор и передача его внуку, почему можно полагать, что двор уже принадлежал внуку по прямому наследству от деда и от отца Ярослава.

Княгиня между прочим отказала внуке своей Марье, дочери Ярослава и супруге вел. князя Василия Темного, “место под двором под старым на Подоле (Кремля), где были владычни хоромы {В 1479 г. здесь был двор Коломенского владыки (Кар., VI, пр. 629).} до её живота, а по животе внуку Василию”. Таким образом владенье этого старого двора простиралось и вниз под гору на Подоле к реке. В связи с этим двором могут находиться и упомянутые выше церкви Афанасия и Трех Исповедников. Как сказано, крещеное имя Ярослава было Афанасий, а в храме Трех Исповедников совершалось поминовение вел. княгини Марфы, в миру Марии, дочери Ярослава.

Его сын, Василий Ярославич, усердно и много работавший в Шемякину смуту за вел. князя Василия Темного, потом вь 1456 г. от него же подвергся жестокой опале и скончался в заточении в Угличе. Спустя несколько лет после его заточения в 1462 г. дети боярския несчастного князя задумали освободить его из Углича и, конечно, бежать с ним в Литву, но были вовремя застигнуты и потерпели ужаснейшую казнь. Били их кнутьем, отсекали руки и ноги, носы резали, а иным и головы отсекали. Все это делалось, замечает летописец, княжим велением, а злого дьявола научением.

Само собою разумеется, что двор опального князя поступил во владенье государево и по духовной великого князя Василия Темного был отказан его сыну Юрью Васильевичу Меньшому, при чем прямо упомянуто, что этот “двор Васильевский Ярославича княж Владимеровский, за Архангелом”, т.-е. за собором Михаила Архангела. Юрий скончался в 1473 г. и двор снова поступил в государево владение. Его местность долгое время носила имя своего несчастного владельца–Ярославичевское место.

Во время задуманной постройки нового каменного дворца в 1492 г. вел. князь Иван Васильевич на этом Ярославичевском месте построил было себе деревянный дворец для временного житья, пока выстроится на старом месте каменный. В пожар 1493 г. апреля 16 этот дворец в числе немногих строений уцелел, но затем в новый пожар того же года 16 июля он сгорел без остатка.

Последующая история этой местности до времен Годунова неизвестна. Можно предполагать, что построенные здесь Годуновым Приказы заняли все то пространство, какое принадлежало древнейшему княжескому двору. Быть может, и двор Мстиславского занял часть первоначального жилища князя Андрея Калитина.

Приказы.

Постройка на этой местности Приказов началась в 1565 г. сооружением Посольской полаты, стоявшей одною стороною к Архангельскому собору и другою стороною против Ивана Святого под Колоколы, на месте которого потом был выстроен в 1600 году Иван Великий. Потом в 1591 г. здесь, как упомянуто, были выстроены и другие Приказы и вместо Посольской полаты на том же месте Посольский приказ, возле него Разряд, далее Поместный приказ, Большой Приход и Казанский Дворец, т.-е. весь корпус по чертежу в виде буквы П, с воротами к стороне Мстиславского двора и с открытою площадью внутреннего двора к Архангельскому собору.

Со стороны площади Ивана Святого это здание Приказов простиралось на 30 саж., со стороны Мстиславского двора — на 29 1/2 саж., со стороны набережной или Подольной части Кремля — на 29 саж. В ширину здание имело 6 сажен. Оно было двухъярусное. Посредине полат образовался обширный двор.

Посольский приказ, (Альбом видов XVII), устроенный из старой Посольской полаты, имел свой особый размер: с лицевой стороны от Ивана Святого 7 саж., от Архангельского собора — 9 1/2 саж., с внутренней стороны — 11 саж. В половине XVII ст. в этом здании помещался Посольский приказ и Новгородская Четь. Возле следовал в нижнем этаже Разряд, занимавший пространство в 12 саж. В верхнем ярусе к Посольской полате примыкал Рейтарский приказ на 6 саж., далее Малороссийский приказ и Галицкая Четь тоже на 6 саж. Дальше в нижнем ярусе возле Разряда следовал Поместный приказ на 11 саж., вверху которого находилась его же верхняя полата. Этот Приказ выходил на угол всего здания к Мстиславскому двору. Входы в Посольский, Разрядный и Поместный приказы находились с внешней стороны здания от Ивановской площади.

По стороне Мстиславского двора внизу помещался Казанский Дворец, на 11 саж., со входом со двора, а вверху над ним полаты Сибирской Казны.

Затем следовали ворота в 1 1/2 саж. шириною и в 6 саж. длиною. С другой стороны ворот внизу помещался Большой Приход, на 11 саж., со входом со двора, а вверху над ним– Сибирский приказ, который соединялся с своими полатами Сибирской Казны, занимавшими пространство и над воротами.

Большой Приход составлял другой угол здания с набережной его стороны. Полаты Большого Прихода от ворот занимали внутри двора только 5 саж. и от них направлялся набережный корпус здания шириною в 6 саж.

Здесь в углу внизу помещался Стрелецкий приказ на 7 саж. со входом со двора, а над ним Иноземский приказ с лестницею со двора. Далее внизу находилась Черная полата Стрелецкого приказа на 5 саж., а над нею Челобитенный приказ тоже на 5 саж. с лестницею к нему со двора.

Потом внизу следовала Черная полата Разбойного приказа на 5 1/2 саж. и над нею Ямской приказ тоже на 5 1/2 саж.

Затем корпус оканчивался помещениями внизу Разбойного приказа на 6 саж., а вверху над ним Пушкарского приказа тоже на 6 саж. Для входа в Ямской и Пушкарский приказы существовала особая лестница со двора с сенями. Возле Разбойного приказа стояла его изба на 4 саж., со стороны которой находился и вход в этот Приказ.

За избою Разбойного приказа у самого Архангельского собора с набережной его стороны стояло особое здание (на 9 саж., поперек 4 саж.), в котором внизу помещалась у Архангельского собора Скорняшная полата, примыкавшая к зданиям государева Казенного двора и составлявшая его ремесленное отделение, готовившее пушной (меховой) товар. Вверху над полатою помещалась Новая Чет, с особою лестницею для входа.

К концу ХV╤╤ ст. здание Приказов очень обветшало и полаты порушились во многих местах, сидеть в них стало очень опасно, поэтому 14 марта 1670 г. последовал государев указ о перенесении заседаний и всех дел из Кремлевского здания в разные места, в Китай и в Белый город, при чем было назначено в Китае на Гостином новом дворе поместить Сибирский приказ и Большой Приход; на дворе боярина Ивана Андреевича Милославского — Ямской и Челобитный приказы; в Белом городе, на Англинском дворе (Рязанское подворье?) — Разбойный приказ; на Пушечном дворе — Пушкарский приказ. Остальные Приказы, вероятно, разместились где-либо в Кремле.

Однако к постройке новых Приказов было приступлено только через 5 лет, когда в 1675 г. царь Алексей Мих. повелел строить новые Приказы на средства приказа Каменных дел по чертежу, каков был прислан из Посольского приказа мая 7, при чем было указано на первое время строить Разряд, Посольский с Четвертями, Большой Казны, Поместный Стрелецкий и Казанский Дворец. По смете подмастерьев каменных дел на то приказное строение предполагалось расходу на 24.806 р. 3 алт. 5 денег. По этой росписи выведены были нижния житья (этажи) в числе 28 полат. Затем 10 декабря 1677 г. царь Федор Алексеевич указал на тех нижних житьях построить верхния житья мерою против нижних и к тем верхним полатам сделать всхожия лестницы с перилами и крыльца, а на проезжих воротах вниз к Тайницким Кремлевским воротам построить церковь Трех Исповедников, какая существовала на дворе Мстиславского, как упомянуто выше. Оказывалось, что и эту постройку возможно было исполнить на сумму той же прежней сметы.

Полаты были построены вдоль по Кремлевскому взгорью, или зарубу, как именовалось это взгорье в XV в., в длину от Архангельского собора на 62 саж., шириною со стенами в 13 саж., следовательно вдвое шире против старых разобранных. У Архангельского собора их угол с площади отстоял от соборного предела св. Иоанна Предтечи всего на две саж. без трети; а задний угол был приведен к самой Скорняшной полате, которая от прежних полать находилась в расстоянии 4 сажен. С другого конца здания к Спасским воротам на бывшем дворе Мстиславского оставалось полого места на 34 саж. вплоть до двора кн. Мих. Яковл. Черкасского, где впоследствии также были выстроены полаты. По росписи Каменного приказа распределение полат было следующее;1) от Скорняшной полаты первый приказ Большой Казны 5 полат, 2) Посольский с Четвертями 7 полат {Доп. к А. И., IX, 81. В 1678 г. фев. 2 указано на Посольском и Малороссийском верхних полат не делать, а покрыть их тесом и подьячим в них перейти с делами.}, 3) к проезжим воротам Разряд 4 полаты, ворота 6 саж. По другую сторону ворот: 4) Поместный 4 полаты, 5) Стрелецкий 4 полаты, 6) Казанский Дворец 4 полаты. Всего 28 полат. Но это распределение было изменено. В 1680 г. февраля 13, когда все здание было окончено постройкою, государь указал разместить Приказы таким образом: от Архангельского собора первый — Посольский, в котором велено было сидеть еще 6 февр. 1680 г. Думный дьяк Ларион Иванов перешел мая 30, 2) Разряд, 3) у проезжих ворот Большая Казна и Новгородский с Четвертями. Далее по той же линии на Мстиславском бывшем дворе от проезжих ворот, 4) Поместный, 5) Казанский Дворец, в одной из полат которого находился колодезь и 6) в крайних полатах — Стрелецкий.

От верхних житей (зтажей) здания на Ивановскую площадь выдвигались семь длинных лестниц с крыльцами, по которым всходили приказные и челобитчики. Посредине лестница выдвигалась на 10 саж.; с каждой её стороны протягивались три лестницы длиною по 8 саж., шириною по 1 1/2 саж. Расстояние между лестницами было около 7 саж. и только около средней со стороны Архангельского собора было 10 саж., где в промежутке находились ворота; с другой её стороны расстояние между лестницами было в 9 саж.

Проезжия ворота с площади вниз к Тайницким воротам были устроены почти на том же месте, где прежде проходила улица между Приказами и двором Мстиславского. В ХV╤╤╤ ст. они стали прозываться также Тайницкими верхними, а иногда и Черниговскими а Кремлевския городовые — Тайницкими нижними.

Вместо предположенного в начале храма Трех Исповедников над воротами было построено два храма, один во имя св. вел. князя Александра Невского, другой во имя Черниговских чудотворцев князя Михаила и его боярина Феодора. В 1683 г. оба храма были окончены постройкою, начало которой относится еще к 1681 году. Тогда празднование Черниговским чудотворцам 20 сентября происходило в Архангельском соборе, куда были перенесены и мощи их, для того что прежняя их церковь была разломана (Вивл., X, 30).

Храм Черниговских был освящен 16 сентября 1683 г. патриархом Иоакимом, при чем были перенесены из Архангельского собора и мощи святых. На перенесении и царь Петр был. Храм Александра Невского освящен 1 октября 1683 г. Крутицким митрополитом Варсонофием (Вивл., X, 30, 89) со архимандриты и игумены. Празднование 23 ноября.

Оба храма до перенесения их на новые места находились на Ивановской площади перед колокольнею Ивана Великого и также против здания Приказов и стояли рядом, один подле другого.

На Годуновском чертеже Кремля храм Черниговских очень явственно нарисован на упомянутом месте. Храм Александра Невского построен возле патриархом Филаретом в 1630 г., вероятно на старом месте, так как он упоминается в 1625 г. (Доп. А. И., IX, 316). В 1634 г. храм именуется уже собором, когда 15 июня он был освящен, вероятно как соборный.

Храм Черниговских точно также был соборный, что означало, вообще, увеличенный состав причта с протопопом во главе. В 1584 г. в Черниговском соборе состояли: протопоп, 2 попа, 2 диакона, 2 дьячка, 2 понамаря (Доп. А. И, I, 206). Такой же состав причта был и в соборе Александра Невского.

В Черниговском соборе было два предела: Обновление храма Воскресения Христова и Николая чудотворца, как видно и на Годуновском чертеже.

Когда был построен этот первоначальный Черниговский собор, сведений не имеем. Мощи святых были перенесены в Москву из Чернигова. По этому поводу Грозный написал и послал обширное и многоглаголивое челобитье-моление к святым мученикам.

“Мы смиреннии”, писал он, “со отцем своим Антонием митрополитом всея Руси и со святители Русския Земли и со всем освященным собором и со иноки и с бояры и со всеми православными христианы, соборне советовавше, к Вам святии верою влекомы, желающе ваша мощи видети в славном граде Москве. Соборне единомышленно мы смиреннии… моление послахом к Вашей святыни, не яко властельски и заповедающе, но яко рабски и припадающе молим вашу святыню, не яко отшедших, но яко живых вас молим… Призрите на наше смирение, услышите моление святительское, вдадите себя посланным от нас к вам, не бо они мощи ваши принесут, но вы сами благоизвольно приидите к нам и нас просветите и град сохраните, по Божию изволению изволите с намя в царствующем граде Москве жити… Бога ради услышите моление преосвященного Антония митрополита всея Русии и всего еже о нем освященного собора и нашего убожества моление и всего Православного христианства” (Снегирева: Памятники Моск. древности, примечания, стр. 4).

Такая благочестивая забота о перенесении мощей может свидетельствовать, что храм для этой святыни был построен в тот же год и притом на самом видном месте Кремля пред колокольнею Ивана Святого.

О времени перенесения мощей в Москву свидетельства очень разноречивы. Снегирев относить это событие к 1575 г., Рычин (Путеводитель М., 1890 г., стр. 158)–к 1578 г., Кондратьев (Седая старина Москвы, М., 1893 г., стр. 86) вслед за Филаретом Черниговским (Русские Святые, сент. 20, стр. 101)–к 1572 г. Путеводитель 1792 г. отзывается, что год неизвестен, а месяц февраль 14.

Митрополит Антоний занимал Московскую кафедру от 1572 до начала 1581 г.

Все повторяют за Путеводителем 1792 г. стр. 121, что мощи были помещены в Черниговском соборе над Тайницкими воротами с поправкою: у Тайницких ворот. Но это было уже позднейшее их помещение, а первоначальное совершилось в упомянутом выше особо для них выстроенном храме, откуда, как упомянуто, они были временно перенесены в 1681 г. в Архангельский собор, а потом в 1683 году в новый собор над Тайницкими Верхними воротами, что между Приказов. В XVIII ст. эти ворота иногда прозывались по имени храма Черниговскими.

В 1770 г. по случаю постройки воображаемого обширного дворца все здание Приказов было назначено в разборке и потому св. мощи снова были временно перенесены в Сретенский дворцовый собор, где находились до 1774 г., когда 21 ноября были уже навсегда перенесены в Архангельский собор и поставлены в новой серебряной раке, сооруженной мастером Петром Робертом по повелению импер. Екатерины II в память преславно заключенного в 1774 г. с Турциею мира, как гласила надпись на этой раке, прославляющая вообще самоё императрицу за её победы над Турками. В 1812 г. эта великолепная рака была похищена французами; новая рака медная высеребренная.

В 1681 г. на оба собора причту выдавалась щедрая руга.

Панорама Москвы начала XVIII ст. в точности указывает местоположение этих двух соборов. Они оба пятиглавые, стояли рядом, не над самыми воротами Приказов, а над полатами, находившимися возле ворот со стороны Архангельского собора над Приказом Большой Казны и Новгородским. Повидимому, каждый из них занимал место в 6 саж. шириною, так как здание Приказов имело ширины со стенами 13 саж. (Альбом видов, No IV).

Присоединим к обозрению всей этой набережной площади, где теперь красуется памятник Императору Александру Николаевичу, несколько сведений о раскопках, произведеныых для его сооружения и обнаруживших древний состав разновременных наслоений, из которых образовалась самая площадь, о чем мы уже говорили выше.

Береговой край древнейшей площади в этой местности находился, идя от угла Николаевского дворца прямо к памятнику в 30 саж., след., почти на половине пространства теперешней площади. Здесь на краю древней площади стоял храм Николы Гостунского (в двадцати саженях от Николаевского дворца). Неподалеку от него гора спускалась к реке довольно отлого, как она и теперь спускается от Спасских ворот в нижний Кремлевский сад.

Теперешняя гора со своим краем и половиною площади вся состоит из насыпной земли, накопленной жилым мусором. Раскопки обнаружили, что материк под этою толщею насыпи лежал на глубине девяти аршин, и чем дальше к реке, под гору, тем еще глубже.

В этой насыпи обнаружились фундаменты и подвалы стоявших здесь каменных Приказов, а под ними в нижних слоях следы пожаров с обгорелыми частями деревянных построек. В этих нижних слоях открывалось по местам множество человеческих костей, а в одном месте часть кладбища, гробы которого были насквозь пробиты дубовыми сваями. “Кроме правильного погребения, найдены целые груды таких костей и черепов, перемешанные с землей в полном беспорядке”. Попадались места не очень обширные по объему, напр., в три– четыре кубических аршина, где костей было очень много, которые по своему числу совершенно не соответствовали числу целых костяков, напр., число черепов было гораздо больше числа тазовых костей или голеней. Очевидно, что такия места в свое время служили погребальными ямами, в которые в беспорядке были схоронены части разрубленных трупов. Несколько десятков ящиков с костями было погребено на Ваганьковском кладбище; около 80 черепов отобрано Московским университетом (Султанов: Памятник Импер. Александру II в Кремле Московском. Спб., 1898 г., стр. 605–606).

Все это несомненные свидетели страшного по кроворазлитию нашествия Тохтамыша в 1382 г.

В слоях насыпи найдено было много различных предметов домашнего обихода, начиная от кремневого копья (громовой стрелы по народному мнению) и оканчивая глиняными чернильницами, во множестве попадавшимися возле фундаментов старинных Приказов или тогдашних судебных и других присутственных мест.

Мы упоминали выше, что эта насыпная площадь существовала уже в конце XV ст. и её край в то время прозывался Зарубом, что соответствовало взрубу у Кремлевской же горы, вблизи государева дворца, где царь Иван Вас. Грозный построил своим детям собор Сретения и особые хоромы на взрубе. Заруб и взруб означали особое устройство береговой крутизны посредством насыпной земли, огражденной бревенчатою постройкою для увеличения пространства существовавшей нагорной площади. Чтобы утвердить пасыпь по косогору, у подошвы зтого косогора строили на сваях так называемые избицы, т.-е. деревянные клети, которые, наполненные также землею, и поддерживали всю толщу насыпной площади, что и называлось взрубом и зарубом.

При перепечатке просьба вставлять активные ссылки на ruolden.ru
Copyright oslogic.ru © 2021 . All Rights Reserved.